Осужденный к пожизненному лишению свободы обратился в суд с административным иском о признании постановления судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания на доходы должника незаконным и не подлежащим исполнению.

В обоснование указал, что в 2019 году административным ответчиком возбуждено исполнительное производство о взыскании с него компенсации морального вреда в пользу потерпевшей. В рамках данного исполнительного производства в феврале 2024 года административный ответчик вынес постановление об обращении взыскания на заработную плату и иные доходы должника, при этом не учел его материальное положение. На основании указанного постановления производятся удержания 50% денежных средств, поступающих ему от родственников, с чем он не согласен, поскольку считает, что его родные не должны нести ответственность за него по исполнительному документу и без судебного решения не могут лишаться части собственных денежных средств.

Суд, изучив материалы дела, в том числе материалы сводного исполнительного производства в отношении осужденного, пришел к выводу, что при вынесении оспариваемого постановления судебный пристав-исполнитель действовал в пределах своих полномочий и в соответствии с требованиями Федерального закона «Об исполнительном производстве», без нарушения прав административного истца.

Ссылаясь на нормы закона, суд указал, что действия должностного лица по обращению взыскания на заработную плату и иные доходы должника были направлены прежде всего на принудительное исполнение требований исполнительного документа. Отсутствие у должника дохода в связи с тем, что он фактически не трудоустроен, отбывает наказание в исправительном учреждении, режим которого не предполагает трудоустройства, не является основанием для признания оспариваемого постановления незаконным, поскольку судебный пристав-исполнитель до полного исполнения исполнительного документа обязан совершать исполнительные действия и применять меры принудительного исполнения.

Также суд не согласился с доводами административного истца о неправомерности удержания 50% денежных средств, поступающих ему от родственников, поскольку считает, что денежные средства, полученные от родственников и третьих лиц на невозвратной основе являются доходом лица, получившего указанные денежные средства.

Принимая во внимание установленные обстоятельства по делу, проанализировав положения Федерального закона №229-ФЗ, определяющие объем полномочий судебного пристава в рамках исполнительного производства, суд пришел к выводу, что отсутствуют основания для признания постановления судебного пристава-исполнителя незаконным.

Решение не вступило в законную силу.